БИБЛЕЙСКИЙ МИР КАК ГИМН РОЖДЕНИЮ В ТВОРЧЕСТВЕ МАРГАРИТЫ ЮРКОВОЙ

Расцвет творчества на библейские мотивы наблюдался в отечественном искусстве в 1980-1990-е гг. в связи с возрождением роли православной церкви в обществе и большей свободой творческого выражения. К этому времени относятся и первые работы этой тематики художницы Маргариты Николаевны Юрковой, сложившегося к тому моменту мастера, члена Союза художников СССР. Закончив в 1969 году МВХПУ (Б. Строгановское), она работала как скульптор-керамист. В её творчестве богато раскрылся образный потенциал древних культур (греческой, римской, критской, шумерской и др.). Однако в 1990 году художница резко оставила эту деятельность, так как ей, как она сама признаётся, не хватало цвета. Её родословная восходит к понтийским грекам, поэтому яркие, чистые цвета отсылают к Средиземноморью и его светлым, радостным пейзажам.
В последние годы на выставках Маргариты Юрковой феномен её библейских сюжетов стал прочитываться как особая страница в творчестве, восприниматься как «библейский цикл» (на данный момент он насчитывает около сотни холстов и несколько сотен рисунков на бумаге). Первая её персональная выставка на библейскую тему состоялась ещё в 1989 году в Варшаве, в Национальной галерее искусств Захента. Из последних значимых проектов отметим выставку «Осознание сотворчества Маргариты Юрковой. Библейский цикл» в Музее иконы г. Владимира (2019), персональную выставку в Центре пропаганды ИЗО во Владимире (зима 2021), «Библейские сюжеты» в Выставочном комплексе г. Владимира (июль-август 2021 г.), «Библейский цикл Ноева ковчега» в Галерее на Чистых прудах в Москве (осень 2021 г.).
У Маргариты Юрковой как скульптора по образованию твёрдая рука, поэтому она безошибочно работает линией и все свои работы пишет без эскизов. Образы возникают изнутри души. Это придаёт им особую непосредственность, качество своеобразного духовного в?дения. Художница – виртуоз линий. Если присмотреться к её работам, то мы заметим, что они очень певучие, изящные. И точные – ни добавить, ни убавить. Многие её работы библейского цикла выполнены на совсем небольших листах – формата альбомного листа, и чаще всего выполнены за один день. Однако композиции работ настолько выверены, что они смотрятся равно хорошо, когда художница переносит их на большой формат. С эстетической стороны, зрителя в её произведениях привлекает красота линий, яркость красок, насыщенность цвета, особая теплота взаимоотношений изображённых героев библейской истории. Она работает разными техниками: это масло, акрил, гуашь, фломастеры. Пробовала она себя и в технике офорта. И всегда её работы узнаваемы.
«Гимн рождению» – так Маргарита Юркова обозначает стержневую идею своего творчества. Действительно, все её работы воспевают жизнь, красоту и благодать этого мира, и присутствие в нём духовного измерения.
Неслучайно в её библейском цикле, к рассмотрению которого мы переходим, наиболее распространённым сюжетом становится «Богоматерь с младенцем». Маргарита Юркова создала множество вариаций, из которых видно, что ей нравится отображать то притяжение, которое возникает между матерью и сыном. Мотив материнства часто присутствовал в религиозных работах на эту тему в истории искусства. Для художницы это имеет и биографический смысл – у неё самой есть сын, поэтому ей не чужды те чувства, которые связывают тесными узами столь близких людей. В картине «Ожидание» (1995), которая примыкает к библейскому циклу, изображена беременная женщина в голубом платье, смотрящая прямо на нас и своими руками бережно обхватывающая свой живот с будущим младенцем. Она изображена на фоне написанных в иконописной манере церквей и крепостных башен, что отсылает также и к древнерусским миниатюрам.
В одной из работ художницы 1996 г. мы видим вариацию на тему Богоматери с младенцем. Богоматерь изображена в голубом мафории, сидящей на престоле. Чаще всего она изображалась в истории искусства в красном мафории и голубом хитоне, но иногда полностью в голубом – цвете-символе её чистоты, девства. В художественном отношении от этого меняется вся колористика работы, которая становится более светлой, небесной, чистой.
«Богоматерь в розовом» (1992) изображена в бордовом мафории и бело-розовом хитоне. Тёмно-оранжевый цвет, который художница выбрала для фигур Богоматери и Богомладенца, сочетается с ярко-красным цветом их нимбов. Это придаёт работе особую атмосферу теплоты, соответствующей душевным переживаниям персонажей.
Одно время художница пробовала себя в офорте. И хотя она создала в этой технике немного работ, они столь же изящны, как и её работы в цвете. На одном из офортов младенец своей рукой как будто загораживает уста Божией Матери. Это редкая иконография, придающая особую интимность и живость работе. Можно вспомнить Ватопедскую икону Божией Матери, которая связана с историей о том, как Богоматерь хотела спасти монахов от ограбления разбойниками, а Христос не давал это сделать. Но она всё равно их спасла. В христианстве она всегда почиталась как заступница, помощница, милостивая.

Наполнена особым смыслом и другая небольшая работа художницы – «Богоматерь и ангелы» (1988), на которой три ангела как будто прядут узорную ткань из вертикальных и горизонтальных нитей. И эту ткань они создают вокруг Богоматери с младенцем. Как будто они ткут кружево истории спасения. В одном из своих интервью художница называет космос «кружевом, которое плетётся Богом и переплетает то, что есть на Земле». На этой работе изображено как раз такое космическое небесное кружево.

В одной из вариаций «Богоматери» (2021) мы видим в руке у младенца Христа яблоко, которое в свете библейской истории прочитывается как плод грехопадения. Христос пришел в этот мир, чтобы избавить его от последствий первородного греха. На голубом мафории Богоматери изображен белый орнамент, напоминающий цветочки, или звёзды. Божия Матерь со скорбью взирает на Младенца, а он смотрит на нас не по-детски серьезно.
На произведении «Акафист» (1998) Богоматерь изображена на фоне небес в ярком красно-розовом одеянии, белом мафории, прижавшей к своей груди младенца Христа. Их окружили слева и справа серафимы, которые славят их. Акафистом называют хвалебную песнь Богоматери, Христу, святым. Искусствовед Елена Садыкова, характеризуя библейский цикл Юрковой, обозначает в целом жанр её работ термином «акафист»: «прекрасные светлые образы, лики, предстающие на живописных картинах Маргариты Юрковой, звучат как радостный акафист, поющий радость вселенской любви и благодати, нашей земле».
В ряде работ художница строит необычную композицию. Богоматерь обхватывает своими руками младенца, прижимает его к груди и между ее большим и указательным пальцами на теле младенца возникает пространство в форме ромба. В ранних работах он такого же цвета, как и всё его тело, в более поздних становится чёрным. И Богоматерь как будто смотрит вглубь него. Что это может быть? Неземная, божественная сущность Христа? Предвидение его грядущих скорбей и ран? Здесь остаётся место для размышлений зрителя.

Кроме сюжета «Богоматери с младенцем» Маргарита Юркова очень любит изображать ангелов. Как хранителей, которые наблюдают за нами, постоянно находятся с нами. Иногда она изображает их как амурчиков, красных, пышных телом, как путти в эпоху Возрождения. Одни из ранних работ – «Трубящие ангелы» (1990), «Играющие мальчики» (1990). Открыто она стала выставлять ангелов с конца 1980-х гг., хотя изображала их и раньше, потому что тогда их было невозможно показать на выставке. Правда, иногда она этим ангелам давала «проходные» названия, например, «летающий Икар».
«Золотой ангел» (1991) будто бы состоит из сияющей субстанции. Привлекает внимание и белая верхняя часть картины, что прочитывается как связь ангела с Богом, ведь ангелы, согласно христианским представлениям, исполняют божественные веления. Как отмечает художница, «ангелы сопровождают не только меня, но всех, это ангелы-хранители для землян, мы их наблюдаем, и они нас наблюдают. Это проводники в мир горний».

Изучая её работы, становится заметно, что она предпочитает сюжеты Нового Завета. Тем не менее, на одной из работ – «Адам и Ева» (1992) – показано начало библейской истории. Ева предлагает Адаму плод древа познания добра и зла, но Адам не торопится его брать, он как будто задумался и смотрит в сторону. Пока ещё грехопадение не произошло, об этом говорят и яркие цвета картины. Картина «Троица» (1990) написана с узнаваемой иконографией Ветхозаветной Троицы. Эту работу характеризуют плоскостность, контурные линии, яркость, насыщенность цвета, сложно построенная перспектива. Интересно, что звёзды на небе как будто «пришиты» к небосводу, что, очевидно, можно прочитать как знак символически происходящего События.
«Благовещение» (2020) исполнен в технике квилта, сочетающего аппликацию и вышивку и выполнен по картону Маргариты. В этой работе мы видим необычную иконографию, когда свет, исходящий от Святого Духа, распространяется на большую часть этой композиции подобно красным языкам пламени. Яркие цвета работы ещё убедительнее, чем композиция, передают радость этого значимого для истории спасения события.

Второй вариант «Благовещения» (1994) отсылает к Устюжскому Благовещению, русской иконе XII века, когда Младенец находится уже в утробе Божией Матери и Богоматерь держит в своих руках красную нить. Согласно Протоевангелию Иакова, ей выпал в это время жребий прясть пурпурную завесу для Иерусалимского храма.

В мастерской художника расставлены полотна, в которых узнаваемые виды великолепных образцов русского зодчества, и живописные пейзажи — узнаваемые по многим известным изображениям, но незнакомые большинству из нас, потому что не каждому посчастливится добраться до этого «края света».

Марине Лейзгольд посчастливилось увидеть это великолепие собственными глазами, запечатлеть в десятках своих пленэрных работах, и вот, наконец, эти дни художник представила новую серию работ на тему «Русский Север».

Художественное описание этой земли у Марины особенное, как все ее творчество, наполнено светом и радостью, переполняющей сердце от восхищения красотой.