В экспозиционном пространстве Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва развернулся репрезентативный проект, актуализирующий феноменологию Елизаветинской Библии (1751). Этот памятник зафиксировал не только кодификацию синодального текста, но и радикальную имплементацию барочной эстетики в отечественную книжную культуру, требующую герменевтического и семиотического дешифрования. С позиций иконологического метода Эрвина Панофского, тектоника печатного листа Елизаветинской Библии манифестирует элизию границ между западноевропейским барочным иллюзионизмом и православным каноном.

На первичном, феноменальном уровне мы фиксируем сложнейшую архитектонику виньеток, картушей и фронтисписов. Однако на глубинном, иконологическом уровне этот орнаментальный пантеизм и имперское рококо функционируют как скрытый теологический трактат. 

Резцовая металлография и офорт работы мастеров Петербургской Академии наук — Ивана Соколова и Григория Качалова (интерпретировавших композиционные эскизы Иоганна Элиаса Гриммеля) — выстраивают специфическую семиотическую систему. Здесь динамичная барочная пластика и секулярная эмблематика оказываются полностью субординированы жесткой христологической вертикали. Пространство листа реконструируется как единый Gesamtkunstwerk, где палеографические, гравировальные и эпиграфические аспекты сливаются в метаязык эпохи. 

Экспозиция в Музее имени Андрея Рублёва переосмысливает Елизаветинскую Библию как ключевой узел пересечения религиозной догматики и светской барочной рефлексии середины XVIII века. Проект демонстрирует, как гравюры Ивана Соколова и Григория Качалова создают уникальную семиотическую систему, ставшую визуальным каноном эпохи. Подробности выставки доступны на сайте Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва.